You are viewing lattona

картинки и сказки

Про френологию, женский ум и "сладких стариков"

Journal Info

child
Name
Света Дорошева
Website
My Website

Про френологию, женский ум и "сладких стариков"

Previous Entry Share Next Entry
child
phrenology

phrenology1

omama


Парацельс считал, что беременная женщина придумывает ребенка, пока носит его. Проблема в том, что женщина придумывает его всю жизнь, а не только, пока носит. Она придумывает, как его воспитывать, чтобы он смог счастливо жить в придуманном ею будущем, придумывает, как его лечить и утешить, развлечь и научить разуму. Она придумывает ему счастье и несчастье, выходы и тупики. По мере того, как он растет, она сталкивается с тем, что всякий раз нужно все придумывать заново: столько всего вмешивается в ее придумки: взросление, школа, сверстники, мир вокруг… она все придумала, а через каждые пару лет - опа! - а он уже совсем другой человек – придумывай заново.
На Аравийском полострове много лет сохранялась такая традиция: мужчина в возрасте от 70 до 80 лет отдавали свои тела ради спасения  других. Они ничего не ели, только пили мед и принимали их него ванны. Через месяц они сами начинали источать мед в виде урины и фекалий. Когда "сладкие старики" умирали, их тела помещали в каменный саркофаг, наполненный тем же медом. Спустя сто лет останки вынимались. Так получали лекарственное вещество "конфекцию", которое якобы могло моментально излечить человека от всех болезней.

Женщина-мама  – это "сладкий старик". Когда ее дети болеют, она молится, даже если не верит в Бога, и просит отвести от детей все беды и болезни на нее, забрать у нее все, только дать детям долгую и счастливую жизнь. Бог, наверное, удивляется - при чем здесь? Потом, когда дети выздоравливают, она просит у Бога все обратно, но в момент молитвы она искрення. Она считает свою жизнь такой вот "конфекцией", которая излечит, научит, даст, оградит, возведет и преумножит.
Не то чтобы она не понимала ничего про то, что дети - сами по себе люди, свои собственные. Пришли по своим, совершенно не ею придуманным делам. Она все-все понимает, она очень даже умная, но граница между этой мудростью и темными провалами в стихийное и утробное марево-варево столь зыбка и неразличима, что она то и дело оступается, и средь бела дня ступая по утоптанной дороге, вдруг оказывается на сумрачном болоте, полном ведьминских огней.

Эту зыбкую грань хорошо видно в местах скопления умных мам.  Скажем, на форуме. Со временем там образуется такая особая заводь, где витает едва уловимый флер то ли безумия, то ли наоборот, вековой мудрости, и в то же время все обыденно, как вросший в землю пень. Ну женщины. Воспитывают детей, читают книжки по психологии и саморазвитию, заботятся о мужьях, соблюдают пост, лечат и учат деток, переживают разводы и измены, ходят в кукольные театры и церкви, очаровывают свекровь. Все такое житейское. Сморгнул, - и тут же опа! - уже морок. Длинная юбка и колдовство на деньги. Вера в освобождение женской энергии, насмерть закупоренной трусами. Телегония, остеопатия, послания межгалактического патруля, пасы руками по деревьям, паломничество к оптинским старцам за благословением на зачатие... Религиозные обряды и вопросы первого причастия соседствуют с верой в фен-шуй, прану и произнесение названия гомеопатического препарата для излечения от хвори, подобно заклинанию.

Вот только что говорили о прививках, оперировали словами типа "вилочковая железа" и "акцидентальная инволюция", и тут же, рядом, в соседнем окошке боятся, что гомосексуалисты украдут их детей, верят в то, что китайцы едят абортированных зародышей, а таджики наводняют страну, тайно замыслив резню по команде в нужный момент. Кому нужный? Сионистскому правительству, конечно. И из этой дремучести вдруг рррраз! - и широкая, залитая солнцем поляна: делятся семейными историями бабушек и дедушек, трагедиями, тайнами и байками, кочующими из поколения в поколение - изменилось все, от названия стран и городов до модных причесок и уклада жизни, а отдельные семьи выстояли, как островки в стремнине революций, войн, голода и коммунизма, сохранились, оберегаемые частоколом этих историй.

Сморгнул - а там уж ждут конца света, сверяются по часам - в Петропавловске-камчатске уже должен был наступить. Обсуждают упражнения с шариками для интимных мышц, а рядом - "после смерти люди воскреснут и будут в раю с совершенными телами, в возрасте 33 лет. Даже если кто родился калекой, будет совершенный телом". Что такое бремена неудобоносимые? Посоветуйте детский лыжный костюм. Умерла мама, прошу молитв... Все сплелось - рождения и смерти, обыденное и таинственное, инстинктивное и духовное, начало и конец.
Странным образом напоминает мир Головина. Нет, он, конечно, щас в гробу перевернулся, но что-то похожее есть... Вот он же верил в заговор кукол и допускал, что французскую революцию спровоцировала красивая грудь Марии Антуанетты... И главное, вся эта вот магия обыденного. Видимость одна, а чуть копнешь - и смысл уже совсем иной, и нечленораздельный вовсе, а какие-то комья смысла, пересыпанные зельями, сухими травами и молитвами. Разговор начинается с одного, а разливается так, будто кто пронес контрабандой сновидческую логику: советы про кризис среднего возраста у нереализовавшейся мамы с детьми перетекают в обсуждение гениальности и сволочизма, переселение души Моцарта, а оттуда - на пельмени... А еще где женщины-мамы, там все вот это вот физиологическое колдовство, связанное с зачатием, родами, циклами, энергиями и практиками... Все такое плотское, чревное, корнями в землю и кровь и сокровенное таинство, а на поверхности - все обыденно: акушерке звонила, мыла полы, схватки то-се... И, кажется, будто этим бытовым чудом пропитаны все темы, как если бы дриада лечила запор, а ундина поссорилась со свекрами, просит совета...

Трубадуры сравнивали женское тело с картой. Сцилла и Харибда груди, Красное море губ, Эфиопия глаз. А женский ум... там и вовсе никакой карты нет. Там сплошное хитросплетение всего на свете, как на барочном гобелене. Я думаю, несмотря на популярность полярных медведей и усталых игрушек, самую женскую колыбельную написал мужчина Заболоцкий. Как в воду глядел.
Колотушка тук-тук-тук,
Спит животное Паук,
Спит Корова, Муха спит,
Над землей луна висит.
Над землей большая плошка
Опрокинутой воды.
Леший вытащил бревешко
Из мохнатой бороды.
Из-за облака сирена
Ножку выставила вниз,
Людоед у джентльмена
Неприличное отгрыз.
Всё смешалось в общем танце,
И летят во все концы
Гамадрилы и британцы,
Ведьмы, блохи, мертвецы.
Powered by LiveJournal.com